Аннушку словно пролило холодной водой. Гадко так, от затылка, мерзко проникающей сквозь волосы и сбегающей за ворот.
Она с кивком приняла цветы, пытаясь не сбавить градус дружелюбия. Великому инквизитору, пожалуй, и не по статусу было представляться. Да и пришел с такой кислой миной… как будто отдыхать с этими людьми как минимум выше его достоинства. Или дело было в чем-то другом. Не Руднев ли прямой начальник Эрнеста, кстати?..
Хотя ладно, если все это к сердцу прикладывать, никаких нервов не хватит, учитывая, что в «Теплый дом» недавно доставили близняшек-русалочек, юношу и девушку, которые вообще не представляют, что в них когда-то в жизни не будут тыкать иголками. И половина документов фонда «Под одной крышей» как такового забиты тем, чтобы выбить и оплатить временное проживание семье, чья квартира сейчас напоминает свечной огарок…
Аня и сама бы не сказала, что очень рада здесь находиться, среди деликатесов и золотых запонок.
- Проходите-проходите, не стесняйтесь. Бабуль, тебе букет!
Спасибо хотя бы даме позволительно не помогать гостю снимать пальто. Впрочем, белое пальто к этому мужчине уже наверняка приросло намертво, а пятна крови, которую он проливает, отходят сами собой. И никакой "Ласка Магия белого".
***
Звучали приветствия, звенели приборы, дедушка, как хозяин приема, первым, встав и приосанившись, поднимал тост за наступивший год, следом пошел тост за гостей, полотно тишины в память о тех, кого нет рядом… Кто бы помянул тех, кого эти самые гости замяли под каток правды и порядка?
Но Аннушка держалась и была идеальной. Под одобрительные взгляды старших родственников, как заправская гейша, развлекала гостей беседой, краем глаза контролировала наполненность бокалов и тарелок, смеялась над всеми шутками, даже не плюнула втихаря никому в оливье.
По ее ощущениям вечер тянулся бесконечно, как пресные макароны, девушка старалась даже не скользить взглядом на настенные часы в медных завитках, чтобы не наматывать его на стрелки еще сильнее. Позволила себе выдохнуть лишь уходя на кухню за тортом… И даже чай растянулся для внутреннего циферблата Аннушки как минимум на тридцать оборотов.
Постепенно гости редели. Девушка вздыхала, интересовалась для вежливости, куда же так торопятся, приглашала еще, зная, что если и придут, то эти визиты станут ее проблемами только через год. Полочки обувницы снова заполнились батареей домашних тапочек, голо, как ветки, обнажились плечики деревянных вешалок.
Вот, вроде бы… и все? Сейчас можно будет снять тесное платье, смыть косметику и почти по-детски перелезть в пушистую пижаму, толстые носки, спрятаться в бывшую свою комнату, все еще носившую следы Аниного детства и юности. Куклы на полках, высокие ячейки письменного стола, стиснувшие растрепанные тетрадки со старыми конспектами, часть вещей дремала в шкафу… Старики ничего не меняли. От этого на душе было тепло – хоть Аннушка и переехала, ее здесь ждали, и что бы ни случилось, она всегда могла вернуться… домой.
Тепло… и горько. Как она могла предавать само мироустройство тех, кто так ее любил? Только правда все равно была выше. У каждого она своя.
Возвращаясь в зал, Аннушка уже устало завела руки назад, расстегивая жемчужные бусы под волосами… да так и осталась стоять в проходе. Картинка не накладывалась на реальность. Увидеть такого серьезного госслужащего без пиджака – практически порно. Такого же без сучка и задоринки, как она сама в этот вечер.
Вопрос замер на губах и не успел сорваться. Дедушка, проходя по коридору, ласково положил сухую ладонь ей на затылок.
- Максим останется на ночь, на улице такая завируха. Бабушка постелет ему на диване. Давай отдохнем немного и нужно собрать стол.
Когда ты расслабилась, гораздо сложнее сдержать горестный выдох, но Аня сдержалась и миролюбиво улыбнулась снова, разве что слегка нервно перекатывая в пальцах бусины. С голой шеей перед Рудневым она ощущала себя беззащитно, словно перед вампиром.
Прикосновение Афанасия прервалось, через несколько секунд негромко щелкнула дверь кабинета. Посетитель оставался на попечении Аннушки. Хотелось сбежать одной, раз уж вечер закончен, потушены свечи. Хотелось просто ощутить себя в тишине после крокодильей вечеринки. Спрятать свои секретики, ведь лишнее слово, а Руднев вцепится в морду и отправит убирать весь снег в Сибири.
Но указание дедушки считалось и без слов – талант руководителя.
- П… пойдемте на кухню, - бусы девушка отложила-таки в небольшое фарфоровое блюдо для мелочей. Потом надо убрать в шкатулку…
- Честно, я очень хочу чаю из своей чашки, а не из сервиза, - Аннушка виновато, уже не как леди совершенство, а как обычная девушка пожала плечами.
- Подпись автора
Посвящать в любовь рано.
Разлюбить уже поздно.
В небесах твоих, Анна,
Даже днем видны звезды.
