Активисты

Герда Макс Эрт Арей

Лучший эпизод

Разыскиваются

Спецназовец-маг Строгий дед Научный аналитик Совета Подруга-психолог

Рейтинг NC-18   

Русреал и мистика  

Городские легенды, фольклор, хоррор

Вверх Вниз

Делай, что должен

Объявление

В игре январь-март 2016 год

В наши дни, в России 2016-х, нечисть никуда не делась — она просто научилась жить по правилам.


В Москве кипит жизнь, как магическая, так и не магическая. Обитатели московских человейников встречаются, знакомятся, строят отношения, и отмечают важные даты. Бойцы надзора тем временем патрулируют город в опасном районе, группа зачистки планирует рейд в логово нелегалов, да и за городом тоже не спокойно.

Время покажет, что ждет их всех дальше.

17.03 Весна вступает в свои права

Новости снова с опозданием на сутки) Становится не хорошей традицией. Или хорошей?

Прошлая неделя вышла неделей отдыха. В основном, мы подчищали неточности в уже готовом материале, к сожалению, сделали не все, что запланировали.

Но, тем не менее, без обновлений не обошлось. Доделали и оформили стихийную магию, а так же ясновидение. На доработку из магии остаются: ритуалы, иллюзии, трансформация, артефакты и чары, заклинательная магия. Повторюсь, статьи рабочие, но будут доделаны под общий концепт магии. И это, пожалуй, последнее, что осталось.

Потихоньку вырисовывается вектор игры на более активный мастеринг и сюжетные активности. И, в целом, хотим добавить больше сюжета, чтобы иметь варианты на тему: «А во что вообще играть».

Так же в планах сменить название, так что, если что - не пугаемся. Это все еще мы.

Работаем для вас.
Соколовы.


Стая «Котельники»

Самая крупная и жестокая стая оборотней Москвы. Сейчас активизировалась и активно ведет передел зон влияния с другими стаями по всему юго-востоку Москвы. С января 2016-го списке задач отрядов: «Перун» и «Морок», а так же групп «Клин» и «Рубеж» регулярно появляются задания по уничтожению отдельных группировок «Котельников».

Важно: В игру не принимаются персонажи, лояльные «Котельникам», поскольку сюжетно эта стая задумана для генерации проблем и сюжетов для спецотрядов. Поэтому вариант безнаказанности идейного персонажа из «Котельников» не рассматривается. Осведомители и конфиденты, внедренные в стаю – принимаются.

Вернисаж в Измайлово

Блошиный рынок, расположенный в районе метро Измайлово. Известен как не магическому населению, так и магическому. Здесь можно купить обычные сувениры и всякие магические атрибуты. Завести интересные знакомства. А так же найти неожиданные приключения на свою голову.

Важно: сюжетно данный блок задуман для того, чтобы гражданская часть населения могла найти для себя сюжетные квесты. В игру допускаются владельцы лавок в данном сегменте.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Делай, что должен » Время не ждёт » всё было так


всё было так

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

ВСЕ БЫЛО ТАК


https://upforme.ru/uploads/0013/bb/c8/2/616723.png

◈ Участники:

◈ Дата и время:

◈ Место:

◉ Эрнест Соколов
◉ Валентин Гехнер

февраль, 2016

Москва, ресторан-клуб "AMORE MORE"

Часы звонят. Дамы визжат. Но в целом ситуация под контролем.

+2

2

[indent] Это было лет пять назад, может чуть больше, когда разговор заходить о сроках и времени давности у Вали случается ретроградная амнезия, какая случается у любой красивой, но уже не слишком молодой женщины. Розовая половина Валентина (она же женская) смутно помнила основные вехи становления своего бизнеса на поприще российской экономики, чье суденышко нещадно кидало о подводные камни уходящего советского наследия даже в новом, 21 веке. Но память Гехнера была на редкость избирательна, в ней не хранилось неважных дат и событий, зато легко задерживались рецепты зелий, имена, внешности, собственные мироощущения. О последнем, которое и являлось мерилом времени для мужчины. Отрезки были поделены на неровные хронометражи пленки. Вот Валя в садике, в школах, вот у Вали появился половой интерес, какой бывает у подростков, без гендерного деления, наглый и с вызовом. "Трахнуть всех и вся, в том числе жизнь". Девиз лаконичен и понятен, а сепарация, кого же можно и принято сношать в обществе, у каждого начинается по разному. Мамон не уделявшая Валиному воспитанию в половой сфере нужной строгости, внесла невольно коррективы, которым Валя благодарен до сих пор. Свободы эти, когда было нужно, влияли исключительно положительно на мироздание и подходы к жизни Гехнера. 
[indent]  На вопрос: чем ты себя ощущаешь? Ты — всего лишь песчинка Вселенной, или Вселенная — всего лишь часть тебя, Валя на момент открытия "Amore More" соглашался со вторым тезисом, потому что иначе было не выжить в стремительно меняющемся мире, несущем в изголодавшую пасть восточно-европейского левиафана западные угощения, от которых великана после будет корежить, но это - после.  У "Amore More" всегда была душа-зеркало, Валя это знал, так как сам вселил в эти стены частичку себя. Банальные слова, за которыми Гехнер скрыл некоторую правду о себе. Ремонт, обнаживший потрескавшуюся плитку грязно-голубого цвета, цемент стен с рисунком рыжей ржавчины, солевым белесыми разводами подтеками, сплетениями канализационных труб, обвивающих все нутро бывшего когда то тут бассейна. Пространство делилось на три уровня золоченой лестницей, балконами, пролетами из грубого металла и времени. Чужого и ускользающего, грубого и от того отталкивающего. Высокие потолки, итальянские светильники - -бра, напоминающие люминесцентные дребезжащие лампы, голый красный кирпич обнаженных стен, прикрытый кое где дорогими портьерами, за которыми прячется череда оконных проемов высотой в два этажа. Витражи размазанных стеклянных кубиков, за которыми московский быт сюрреалистичен и уродлив. Потом была веранда, площадка на крыше под цивильный обеденный отдыха летом, когда погода баловала столичных мажоров солнцем.
[indent] Сортир. Отдельная тема, о которой Валя мог уже тогда, на этапе открытия, говорить взахлеб, потому что брак, каким бы коротким тот не случился, оставил кое какой опыт.  Последний диктовал сделать отхожее место объектом арт-искусства, которому суждено шокировать и вносить диссонанс в лакшери жизнь. И люди пошли, пресыщенные золочеными унитазами и завитушками на потолках, они разглядывали грубо выведенные краны с ржавыми трубами и кранами-барашками, ссали в писуары, сваренные на заводе под каким-нибудь Клином, пробовали ковырять пальцем сколы цемента и удивлялись, что можно и так. Можно.
[indent] Первый этаж делился на барную зону, подсвеченную грамотно, чтобы роскошь валиного профиля была загадочно-прекрасна в любом обличье, и зону отдыха. Лаунж бар для откисания от забот праведных, как любила говорить Алтын, работавшая управляющей всего этого бардака. Монгольские гены давали ей раскосый взгляд, компактное загорелое тело, неопределенность возраста и право на "нашествие орды" ежедневно. С Валей она могла ругаться, спорить и даже настоять на своем, не опасаясь ни угроз, ни увольнения. Обычная Алтын Фархатовна, двадцать девять лет от роду, второе поколение москвичей, посредственная ведьма, ниже Вали на две головы, остригшая две косы в буйное каре перед днем святого Валентина, с неуемной энергией гоняла официантов, поваров, приходящих музыкантов и рабочих 24 часа в сутки. Жила она где-то рядом, ходила заниматься йогой, затащила три месяца назад Валю на выставку современного искусства, после которой Валя проснулся у Алтын в кровати. Говорить о случившемся было излишне, Валино внутреннее Я пошатнулось, гендерный компас сломался и барахлил все чаще, поэтому тех самых синих дней, когда Валентин был мужчиной в полном понимании этого слова, становилось все больше. 
[indent] Балкончик второго этажа выходил на танцпол первого, откуда был виден и барный остров и все пространство "Amore More", залитое солнцем днем и световыми бликами светомузыки ночами. Кое где на стенах висели плакаты советских времен, перемежающиеся с картинами местечковых талантов. Тут уже имелись уютные диванчики, уединенные столики, понатыканные то тут то там вазы с живыми цветами, ол инклюзив, как говорится. По выходным Алтын пригоняла каких то консерваторских мальчиков, студенты притаскивали с собой инструменты и отрабатывали свои пятьдесят долларов, наяривая зарубежных и не очень классиков. Иногда с ними приходила певица с безвкусном черно-леопардовом платье с перьями, и тогда по залу, в зависимости от ситуации и гостей разносилось "Где же ты моя Суликооо" или "Как упоительны в России вечера".
[indent] Но чаще "Amore More" был погружен в ритмы электронной музыки, бесхитростный мотив которой повторял биение твоего сердца. Диджейский пульт рождал замысловатые мотивы из хорошо знакомых мелодий, еще раз доказывая- все новое это хорошо забытое старое.
[indent] Валя поправил помаду, не стесняясь подвел смазавшуюся линию алым, подтер мизинцем где надо, довольно хмыкнув. Четыре ночи, а он (она) выглядит ничуть не уставшей. В конце-концов, должны же были эти филеры принести свои плоды? Грохочущая музыка сотрясала густой воздух, наполненный ароматом духов, кофе, разгоряченных тел. Гудевшая в недрах бара вентиляция уносила прочь не только табачный дым, но и рутину, скверную февральскую серую жизнь, от которой шелушилось лицо и сохли ладони. На входе стояли охранники и откровенно скучали, закрытые вечеринки и список приглашенных лишал их привычного развлечения, оставалось только снисходительно разглядывать собравшихся и выискивать особо перепивших. Пододвинув высокой блондинке "Манхеттен", Валя бросил осторожный взгляд на эпицентр роя. Где-то в лаунж-баре "откисал" сам Просперо, благостно бросая басистым голосом в никуда "Запомните этот день и мои слова!". Окруженный в большинстве своем женщинами, да парочкой юношей из тех, которые еще не поняли кто они и куда, сначала казался вошедшим гостям глубоким стариком : с проседью землистого цвета волосы,  остриженные в кружок, короткая белая борода. Тургенев, подумала Валя, иронизируя над бардовой мантией, в которой весь вечер прибывал гость.  Иван Сергеевич. Ужасно похож. Не знал бы лично этого Просперо, подумал, что кому то в голову пришло воскресить прозаика. Но здесь и сейчас это был ни какой не Сергей Питиримович Благовольский , личность от которой у Вали по спине бегали табуном мурашки, а Просперо. И Калибан у этого самопровозглашённого мудреца имелся. Вон, стоял рядом, как цепной пес, даром, что внешность у пса была губительно-красива на вкус Гехнера.
[indent] Серей Питиримович преподавал у Вали, когда тот еще студентом был, не долго правда, уехал после обратно, под Петербург в связи с личными обстоятельствами. Какими? Валя не вдавался в подробности, Благовольский слыл уже тогда не совсем нормальным, к своим пятидесяти не имел семьи, мать у него -властная женщина, говорили, занимала какой-то руководящий пост до последнего, пока не вынесли вперед ногами. Но профессор, не смотря на свои чудачества, уже тогда имел несколько статей в приличном журнале о добыче эссенции, обещая в каждой скорую замену аналогом и прорыв в мире магии. Гехнер собирался писать у него диплом, потому что хотел заниматься зельями, а сука-доцент Благовольский пускал на кафедру только через, нет не постель, а через упорное жополизание. Скупка книг, хождение на лекции, переписывание статей, доклады, бесконечные обивания порога кафедры, пересдачи лично. Полный фарш, без срока давности, так скажем, от воспоминаний о котором у Вали поджимались губы. И с некоторых пор судьба их свела вновь, когда Благовольский вышел бывшего студента с какой-то безумной идеей организации клуба. Членство предусматривало не малый взнос с выгодой, о которой Сергей Питиримович благоговейно говорил шепотом. "Это лучше, чем эссенция, я все устроил" или "Вот увидишь,  через год никто не вспомнит про эссенцию". Прошел год, их отношения зиждились на желании Гехнера разобраться в одной тонкой и забытой материи, ингредиенты из Тибета прислали и Китая, ждал месяца два. Отвалил бабок, что до сих пор спазм в горле. И старик помогал, читал записи Вали и отмечал особую ересь красным. Свел с нужными людьми из стран ближнего зарубежья, летом Гехнер планировал поездку и новый виток в своей карьере зельевара. Поэтому не удивился, когда Благовольский обратился к нему с просьбой. Все честно. Сергей Питиримович устраивает в баре посиделки, на бартерной основе он же помогает Вале дальше, а Валя молчит, что никакой это не Просперо, ни какой не дож, а обычный пенсионер, пусть и при деньгах теперь. Насколько Валя успел понять, у них в клубе все при кличках. И имена запрещались в целях куртуазности. Забавно и интригует, тут Гехнер согласился, не возражая против выданного ему позывного - Бахус. В следующий раз надо будет нацепить тогу и...где вырез поглубже. Валя цеплялся взглядом за такой же цепкий, расчетливый взгляд Просперо, вовсе не старческий и бесцветный. Напротив, в полумраке зрачки пылали каким-то мистическим пронизывающим до костей светом и в воздухе царила напряженная атмосфера, словно в курятник пробралась куница. Сидит на своем месте, облизывается и выбирает очередную курицу. Гехнер отвел глаза первый, не надо было быть ясновидцем, чтобы понять, что у новоявленного Просперо жизнь под каблуком, раздавлена, как таракан. Валя поправил тонкую бретельку от топика, предательски сползающего весь вечер, обнаружил на себе какой-то не естественно долгий, изучающий взгляд Калибана. Имя верного пса Сергея Питиримовича Валя не знал, видел его впервые, а забираться в чужое прошлое здесь и сейчас было слишком опасно. Калибан что-то сказал на ухо Просперо, тот кивнул, отпуская с цепи зверушку, которая уверенной походкой направилась к барной стойке.

Отредактировано Валентин Гехнер (2026-02-22 16:26:30)

+2

3

Работа надзора - это слежение за порядком в магическом сообществе и соблюдение приватности магического мира. Какой бы спорной ни была устоявшаяся система - он была. А любая система лучше, чем анархия, что бы кто ни думал. Как только не станет стержня, удерживающего сообщество, настанет не "мир во всем мире", а полный хаос, который будет поглощать и раздирать до тех пор, пока не появится новая система. И это снова будет система, просто переход заберет и изломает огромное количество судеб, которые этого не хотят и не причастны к краху системы, а просто хотели и хотят спокойно жить. Работа на "Совет" - это не слепая преданность идеалам и устоявшимся порядкам. Нет. Это понимание, что пока нет какой-то рабочей альтернативы сложившейся системе, нужно защищать ту, которая есть. И с регулярностью и упорством, достойными лучшего применения, находятся те, кто либо шатают систему, либо пытаются прогнуть ее под себя.   

В череду рабочих будней ворвалась очередная неожиданность. Общий сбор группы Эрнест объявил внезапно и внепланово. Снова информация, снова по сторонним каналам. Быстрая разведка и уточнение дали ясность, что да, нужно отрабатывать. При чем времени мало, и оно играет против них. Все, что касалось незаконной эссенции, являлось приоритетной темой для реагирования. Информация пущена в работу, а значит ее могут перехватить и свои, чего не хотелось. Эрнест планировал оставить данную ситуацию под собой, и опередить "Клин" и "Перун", которые так же могли перевозбудиться на подобный раздражитель.

Конечно, в идеале было отправить туда "Морок". Штурм - это их задача. "Рубеж" же больше по зачистке. Но штурмы сработают грязнее, и могли убрать кого не надо. Да, если бы "Морок" все еще был под контролем Эрнеста - он повел бы туда именно их, но сейчас под его командованием был "Рубеж". Ребят все еще нужно натаскивать и сплачивать после кадровых перестановок. Не так много времени прошло. Бойцов немного, и предстояло максимально грамотно распределить имеющиеся ресурсы. Привлекать сторонние силы не хотелось, и на то были причины, веские для самого командира.

Эрнест собрал всю команду и провел долгий, вдумчивый инструктаж. Операцию предстояло собрать "на коленке" и воплотить в жизнь практически с "колес". Времени на раскачку не было. Предполагаемое здание он хорошо знал - бывал в "Amore More" неоднократно, на память не жаловался. Поэтому вот так, на обычных листах бумаги от руки рисовал планы помещений и расположение стационарной мебели. По остальному наполнению предстояло ориентироваться на месте. Как и по количеству противников, которое было неизвестно. Как и наличие на месте обычных людей, что вносило корректировки в применение спецсредств.

Обсуждение было жарким. Эрнест всегда поддерживал диалог в команде и слушал бойцов, так как разные точки зрения позволяют собрать более полную картину, в том числе и по возможностям самих бойцов. Да, последнее слово всегда за командиром, а тактика за тактиком, но тем не менее. Можно даже позволить балаган и приколы на некоторое время, потому что часто в шутках бывает только доля шутки. Но не долго. Времени до предполагаемого сборища оставалось все меньше и меньше, а они, как незваные гости, должны были прибыть вовремя.

На сей раз Эрнест снова был намерен использовать своего карманного рептилоида не по назначению. Штурм Арей хороший, но его навыки снова нужны были в разведке и контроле крыс, бегущих с корабля. Возможно, это и могло быть обидно для бойца - что его раз за разом убирают из самой гущи событий, - но задача его была чуть ли не самой важной во всех мероприятиях. И он это все уже знал. А, пока шел балаган, и у Эрнеста было время подумать, как и штурм провести, и взять, кого надо, и местного "обычного бармена" не угробить. "Amore More" нельзя было назвать легальным местом, но оно было полезным. И разрушать эту полезность командир группы не собирался. Однако, и совсем во все нюансы подчиненных посвящать не хотел. Не потому что не доверял, а потому что не за чем.


Flood Of Fire Pagan Fury

Две машины и мотоцикл подъехали к зданию в разных сторон. Из них высыпались группы бойцов, облаченных в черную тактическую амуницию. В руках автоматы. Пока группа "Рубеж" проводила разворачивание своих сил, внешний контур замыкала полиция, среди которой так же были бойцы надзора, но не из спецподразделений. В их задачу входило контролировать, чтобы в зону проведения операции не попали случайные гражданские. Хоть изначально Эрнест не собирался привлекать сторонние силы, в ходе обсуждения он понял, что без них не обойтись. В последний час подготовки операция была официально заявлена, после чего он взял резервы на помощь. Хотелось бы обойтись без стрельбы, но все могло пойти не по плану. Так что, помимо автоматов, у всех бойцов при себе были пистолеты со спецпатронами и разрешение их применять в случае, если. А выстрелы очень хорошо слышно.

Первая группа быстро по внешней стороне здания поднялась на крышу, чтобы проникнуть внутрь через балкон. Эрнест проводил их взглядом, и повел центральную группу. Да, он лично будет находится в эпицентре событий. Так проще проконтролировать, чтобы все прошло правильно. Последний боец оставался снаружи здания и следил за перемещением потенциальных противников. Его задача была, при необходимости, зайти через неофициальный вход.

С дверями особо не церемонились - их просто выбили магией. Без лишнего шума, только с грохотом ломаемой конструкции и звоном стекла. Где-то наверху тоже должен был раздался шум, но он потонул в грохоте музыки в заведении, которую было слышно даже снаружи. Удобно. Чувства Эрнеста были обострены до предела как настройкой, так и допингом. Прошло слишком мало операций с момента его назначения на должность, и он не на столько был уверен в "Рубеже", насколько ранее в "Мороке". Но вторую группу вел Олег, а ему он доверял. Во всяком случае в том, что касалось работы непосредственно.

Их незваный приход заметили только охранники, которые явно ожидали чего угодно, кроме "фанатов ОМОНа" на закрытой вечеринке. Они и попали под раздачу. Тут быстро и без шума - Эрнест просто оглушил их магией. Он в принципе не держал в руках автомат - тот спокойно висел с боку. Командир планировал максимально оперировать магией. Во-первых, она бесшумная. Во-вторых, маг он или где. Вся группа, так же, как и командир, была под легкими допингами - перестраховка на случай сопротивления, поэтому проблем не возникало.

После расправы с охраной, Эрнест поднял руку и резко махнул ей в сторону, давая своим команду рассредоточится в линию, после чего так же взмахом указал вперед. И они двинулись. Их все еще совсем не ждали. Что на самом деле не удивительно. Всякая шобла регулярно забывает, что все их "тайные" дела рано или поздно перестают быть тайнами. И скорость прямо пропорциональна количеству людей, вовлеченных в тайну. Чем больше - тем сложнее шило утаить в мешке. И тогда к вам в гости без приглашения нагрянут люди в масках.

Конфигурация внутренних помещений была чертовски сложна для зачистки и контроля пространства, особенно малой группой, но у спецназа были свои фишки. Проходя дальше, он с легким щелком сорвал с пояса алхимическую гранату, после чего в грохоте музыки уловил рядом такие же щелчки. В следующее мгновение в помещение с разных сторон полетели три штуки, потом еще три. Сверху должно было происходить тоже самое. Состав внутри гранат очень летучий, он моментально начал заполнять пространство легкой дымкой, подгоняемой магией, чтобы распространялся быстрее. Дымка была дурманящей и снижающей скорость реакции, и ей не обязательно было дышать. Через слизистую глаз так же работало. Спецназу-то без разницы - они-то в масках и с защищенными глазами.

- Надзор! - выкрикнул Эрнест громко, чтобы хорошо было слышно через маску и музыку. - Всем на пол! Любое движение - открываем огонь.

Сверху так же донесся голос Олега, едва различимый через музыку. Голос Эрнеста тоже в ней потонул, но кто-то да услышал. Данный окрик имел собой цель посеять непонимание и панику. Дым, крик, музыка - все должно сработать для дезориентации. Заодно и станет видно, кто действительно представляет угрозу. Ведь предполагалось, что большинство тусовщиков - не боевые. Но всегда возможны варианты. Дым не мешал работе чуйки, и Эрнест уловил, как кто-то метнулся к "неофициальному" выходу, со стороны которого была тишина, в отличии от главного и балкона. Отлично.

- Черный! - бросил Эрнест в рацию.

Это был и позывной, и команда. Удобно. Теперь те, кто пошел туда, переставали быть проблемой командира. Сам он перемещался в сторону бара, предполагая, что Гехнер может быть там, и его предстояло убрать с теоретической линии огня, чтобы случайно не попал под задачу. До этого момента все шло, как по маслу и под музычку. Даже без особых разрушений, не считая двери. Но до бара маг дойти не успел.

В этот момент со стороны лестницы шарахнуло несколько вспышек - огненные копья, - после чего двое оперативников открыли огонь. В дыму Эрнест заметил двух противников с повязками на лицах - молодцы, сориентировались, - но в целом их было больше. Начиналось противостояние. В ответ на пули спецназа, в ход снова пошла магия. Кто по кому попал пока не понятно, но своих бойцов - тех, что рядом, - Эрнест ощущал прекрасно. Одного сбили с ног, но функционал был сохранен. Командир выхватил пистолет, прицелился в одного из противников и дал выстрел... тот уклонился. Слишком легко для человека, но как нечисть не ощущался... Тоже что ли под чем-то. Впрочем, учитывая то, на какую тусовку они пришли - в целом, не удивительно. 

Думать на эту тему некогда, ему и так нужно некоторое время на действие. Эрнест снова убрал пистолет после чего сложил руки ладонями перед собой, и, разводя их в стороны, сформировал между ними огненный вихрь, после чего, с все нарастающей мощью швырнул его в сторону противников. Свой боец, находящийся на пути, ушел в уклонение, снаряд промчался мимо и попал четко в противника, в нижнюю часть торса, судя по силуэту, после чего разлетелся в стороны клиньями огня. Полыхнуло знатно, загорелась ткань, что-то из мебели, но не распространяясь дальше - ведь этот огонь контролировал маг. Раздались крики боли и треск какой-то мебели, после чего снова прозвучали выстрелы. При чем не только внизу. Там, выше, группа Олега так же столкнулась с сопротивлением...

Эрнест, поддерживая пламя и чутко контролируя происходящее у себя за спиной, двинулся ближе к своим бойцам, снова достав пистолет в правую руку.

- Прекратить сопротивление! - снова выкрикнул он. - Иначе будете ликвидированы.

Голос прозвучал гораздо громче и ярче, чем в первый раз, потому что шарахнуло проводку - толи огнем, то ли кто-то из бойцов подсуетился, - и наконец-то заткнулась музыка, обнажая звуки борьбы, происходившей на разных ярусах. Наступивший полумрак, освещаемый пламенем, спецназ не пугал и не останавливал примерно никак, они были к этому готовы. Эрнест выстрелил по очередной движущейся мишени в стороне сопротивления, которая была "не свой". И на сей раз попал. Цель упала... А стычка продолжалась.

Подпись автора

- Ты похож на Момору Тиба! - сказала Герда.
Эрнест не имел ни малейшего понятия, кто такой "Мамору Тиба", но вынужден был согласиться. В конце концов, не спорить же с маленькой девочкой...

+3

4

Нет. Не к барной стойке, как спустя минуту оказалось, а в сторону дверей подсобных помещений. Вблизи, когда прожектор упал на лицо незнакомца, носившего нынче вечером нелепое прозвище "Калибан", можно было рассмотреть гостя получше. Ниже Вали, того самого , что не носит накладного силикона. Тем более ниже той самой Валентины на каблуках, которая выбирала утром размер декольте и лодочки алого цвета в тон белья. Темные, с начинающей проседью, волосы в беспорядке, скуластый, утренняя щетина, усталый взгляд не человека и не оборотня в людской оболочке. Гехнер проводил взглядом двоих. Калибана и потянувшегося так скоро за ним Благовольского, первый смотрел на Валю и вот-вот приложил бы палец к собственным губам, подавая знак о молчании, а несчастный Просперо на ходу сочинял какую то околесицу про обстоятельства непреодолимой силы. Силы. По кадыку кто-то невидимый провел теплым, губы расплылись в ухмылке, каждый ясновидец несчастен по своему и счастлив одинаково. Теплый ромашковый чай, лимон, глоток коньяка. Валя опрокинул шот в себя и не поморщился, настолько спиртное было элитным, что не обжигало привычно, а раздавало тепло не хуже того же чая. Давал же себе клятвенное обещание не связываться с ясновидцами, так чего теперь локти кусать? Валя бросил хмурый, тяжелый взгляд на закрытую уже дверь подсобки, где скромно висела табличка, запрещающая вход посетителям. И ему, кажется тоже. К щекам хлынуло горячее, пульсирующее, кто-то заказал водки, льда, счет, перекрикивая музыку и Валины мысли. В следующую минуту со стороны входа послышалось каркающее и странно-знакомое "Надзор",  заставившее разноцветную людскую массу чуть покачнуться, замереть и по инерции продолжить танец в такт музыке. Шутников в столице не мало, их нынче, как при царе-батюшке, так же не бьют, а балуют и показывают по телевизору. Кто больше шуток про задницу придумает, тот вроде чемпион. Валины дворянские гены простое слово пролетариата "жопа" не принимало, шутки он любил исключительно с глубоким смыслом, а Алтын жаловалась, что и в мужской и бабской ипостаси Гехнер мог бы вести колонку в каком-нибудь "Спидинфо" под названием "Что? Где? Куда?".
Начавшаяся толкотня у входа начала выбиваться из привычного ритма ночной жизни ресторана, а послышавшиеся следом бравые угрозы натолкнули затуманенный алкоголем разум Гехнера на осознание происходящего. Набившиеся в клуб ребята в черном трико не были частью шоу-программы, Алтын звонила и обещала студентов из дружественной Африки с танцами в тигровых шкурах, но ни как не отряд надзора. Музыка стихла, где-то возмущенно засвистели, требуя хлеба и зрелищ дальше, толпу незваных гостей попытались окружить, чтобы выяснить кто кому чем обязан и у кого какие права.  В темноте началась было потасовка, прожектора выдергивали из мрака самых отчаянных, кто под действием алкоголя и уверенности в завтрашнем дне бросались на переговоры с нарушителями веселья. Валя широким жестом смахнул с барной стойки два полупустых флакончика (японская мозаика, стоят как крыло Боинга, сука, пол года ждал их, чтобы радовать "свою" клиентуру тонкостями востока), какую то дорожку белого порошка и пару долларовых банкнот в ведерко для льда, успев только опрокинуть в ледяное месиво бутылку водки горлышком вниз, как к стойке подскочили двое в черном, по хорошему предлагая Вале прилечь на пол лицом вниз.  По залу стали все чаще раздаваться окрики, людей укладывали, заодно роняя и репутацию "Amore More", о которой почему то думалось спокойно. Сказывался Валин гендер, тестостерон запрещал раздавать в окружающий мир истерику, даже когда что-то оглушительно взорвалось и запахло гарью. Поднимать голову и провоцировать двух амбалов Гехнер не торопился по двум причинам. Первая. Это не исправит ситуации, раз Надзор приперся, значит ему что-то надо. Другое дело, приходили они всегда не красиво, без лоска, но Соколов со своими аборигенами иначе не умели работать. И вторая, которая вытекала из первой, голос, орущий сейчас что есть мочи принадлежал все тому же хорошо знакомому Соколову. Симбиоз, образовавшийся у Гехнера с представителем власти зиждился на симпатии Валиного сердца к брюнету. История долгая, запутанная. А как он добивался внимания Соколова? Лежи теперь и вспоминай, удивляясь собственной инфантильности в вопросах интимного характера. Валя поерзал. Лежать на силиконе в грудях не удобно, еще и платье задралось, оголяя резинку чулок. Но это пусть. Пусть смотрят. Он кожей ощущает сейчас пару любопытных глаз, прожигающих не по девичьи мускулистое, массивное бедро. Еще бы чуть чуть и органам надзора предстал бы другой орган. Гехнер ткнулся лбом в холодный пол и выругался, когда по воздуху поплыл тонкий, выдирающий из самой глубокой комы, звук пожарной сигнализации и с потолка полилась вода, равномерно орошая и лежащих гостей и архаровцев в черном.
- Полный фьюжн, приплыли, мальчики. Я только из салона, ферштейн? - раздраженно вторил сигнализации Валя, разглядывая уже стекающую под стойку лужу. Пара кеглей с пивом, ящики с ромом, водой, початая пачка льда, какие-то ведерки со снедью, все это заливало водой. По воздуху поплыл запах гари, смешивающийся с дымовыми шашками, и не ясно стало, гудела ли сигнализация в мозгах или это Гехнер надышался надзоровской дрянью. Затошнило.
- Ненавижу, - рыгнул чисто по-мужски Валя, обиженно вздохнув и прикрыв глаза. Тело вяло не слушалось, вода поливала его сверху и портила дорогущий парик, который он укладывал два дня тому назад. В унисон воющей по прежнему сирене хотелось завыть точно так же, записывая Соколову в долговой список еще пару сотен прегрешений.

0


Вы здесь » Делай, что должен » Время не ждёт » всё было так


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно