Анастасия Фёдоровна Леонова, 27 |
I'm out with a lantern looking for myself tonight |
|
|
ОСОБЫЕ ЗНАНИЯ И НАВЫКИ |
Магические:
º Зельеварение (средне, есть задатки)
º Иллюзии (выше среднего)
º Ритуалистика и Заговоры (высоко, специальзируется)
º Яснознание (выше среднего, развита "чуйка")
º Целительство (базовый, мало интересуется)
º Стихийная магия (базовый, земля)
Практические:
º Ведение небольшого бизнеса (антикварный магазин + интернет-магазин)
º Навык работы с клиентами и выстраивания репутации
º Заговаривать зубы
º Кулинария (от базовых блюд до сложных рецептов)
º Создание украшений ручной работы, работа с металлами
º Быстро бегать на каблуках
ВАЖНЫЕ БИОГРАФИЧЕСКИЕ ФАКТЫ |
Oh my my
Every light has to die
Every song that we sing has to end
º Анастасия Федоровна Леонова родилась в Новосибирске, в доме, где мужской голос почти никогда не звучал по-настоящему. В их роду ягинь матриархат был не традицией — законом выживания. Мужчины либо уходили, либо ломались, либо просто не задерживались. Отец Насти так и остался для нее тенью: леший с красивыми глазами и сильной кровью, которого мать выбрала осознанно, как выбирают хороший инструмент. От этой связи у Насти остался только старший брат — Дмитрий, кот-баюн, старше на два года. Он единственный мужчина, которого род принял по-настоящему.
º Прабабушка часто повторяла одно и то же: «Семья — это единственное, что нельзя продать и нельзя предать». И девочка верила. Уже в девять лет она с братом придумала первую схему: Дима в кошачьем обличии выполнял ее команды, а дворовые дети платили карманными деньгами за маленькие представления. Бабушка быстро прикрыла лавочку, но зерно уже упало. Настя поняла две вещи: магия может приносить деньги, а правила существуют для того, чтобы их обходить аккуратно.
º Училась в частной магической школе. Была умной, живой, немного дерзкой. До семнадцати лет держалась в рамках приличия — много читала, пробовала разные направления, занималась с наставником и бабушками. А потом появился Максим, маг-полукровка. Яркий, наглый, с улыбкой человека, который всегда знает больше, чем говорит. Настя влюбилась впервые и очень сильно.
º После школы они уехали в Москву. Настя поступила в Институт им А.В. Толстого. Денег не хватало почти сразу. Максим устроился курьером к человеку, о котором предпочитал не распространяться. Суммы росли, а вопросы Насти он отводил мягко, а потом все жестче. Чтобы поддержать парня, она открыла маленький интернет-магазин украшений ручной работы. Зачарованные браслеты и кольца на удачу. Продажи были скромными, но частыми.
º Когда Максим уехал в Новосибирск к больной матери, Настя впервые взяла на себя его маршруты. Два месяца достаточно, чтобы понять: она возит не просто товар. Эссенция, редкие ингредиенты — вещи, за которые на черном рынке платят хорошо, а в случае провала — очень больно.
Когда Максим вернулся, скандал вышел громким. Он не стал оправдываться, а предложил другое: она делает вещи посерьезнее (не колечки на удачу), он обеспечивает сбыт. Настя согласилась уже не из любви, а из расчета.
º Параллельно она устроилась в небольшой антикварный магазин. Через пару лет, уже с помощью семейных денег и собственных доходов, смогла выкупить убыточный, на грани закрытия, магазин. В двадцать три года Анастасия Леонова стала хозяйкой собственного дела.
Почти сразу после этого поймала Максима на измене. Расставание вышло жестким, почти кровопролитным — пришлось даже прибегнуть к магической клятве. Именно после него она перестала себя сдерживать
º Магазин остался удобной крышей. Через него пошел другой товар: более сильные артефакты, зелья, которые не показывают в легальных каталогах, иногда — информация. Настя выстраивала репутацию медленно и придирчиво. Каждый новый контакт проверяла лично. Каждый товар — дважды. У нее появились свои люди: те, кто умеет молчать, и те, кто умеет вовремя предупредить. Она познакомилась с нужными людьми из разных слоев — от мелких дельцов до отдельных представителей нечисти, которым иногда требуется особый сервис.
В Петербург весна приходит неспешно.
После дня весеннего солнцестояния свет словно осторожно прибавляют — не сразу, не резко. Утро становится длиннее на пару вдохов, вечер — чуть менее вязким. Днем солнце появляется чаще — настолько, что местные сначала не верят своему счастью и пугаются, завидев огненно желтый круг в небе, но со временем привыкают. Видимо, все-таки, в душе теплится надежда, что однажды край суровый станет добрее и теплее. И надежды их оправдываются. Но не сразу.
Этот город не умеет оттаивать стремительно — с трелями птиц, сухим асфальтом и распахнутыми настежь окнами. Весна здесь проявляется осторожно: то сгонит снег с газонов, оставив после себя грязные островки льда у бордюров, то прольется холодным дождем, то вдруг ударит таким ветром с Финского, что хочется вновь кутаться в шарф и проклинать собственную доверчивость.
Апрель в этом городе — время обманчивое. Почти кокетливое.
Утром тебе кажется, что вот оно: пережили. Солнце щедро заливает крыши, без стеснения, подсвечивает окна домов, лужи, оставленные ночным дождем, и даже серый фасад напротив будто оживает. К полудню ветер с залива принимается за старое — лезет под пальто, треплет волосы, студит пальцы. И все же что-то меняется. Не в погоде даже — в людях.
Они начинают чаще смотреть вверх. Щуриться. Улыбаться без причины.
Замедлять шаг, будто боятся спугнуть редкий свет резким движением.Марина любит это время именно за такую хрупкость — за то, как город, привычный к сырости, ветру и бесконечной серости, вдруг позволяет себе слабость — потянуться к солнцу всем телом. За то, как воздух становится прозрачнее. Как даже Финский залив, - холодный, стальной большую часть года - в ясные дни начинает светиться так, будто и в нем прячется что-то живое. Сегодня как раз такой день.
Солнце над Петербургом держится уверенно, словно решило доказать всем и каждому, что весна пришла всерьез. И Марина, проснувшись раньше обычного и простояв у окна добрых полчаса с чашкой кофе в руках, вдруг понимает: ей нужно к воде. Туда, где можно петь так, чтобы голос уносило ветром.
Она наспех собирается, заколов волосы у лица аккуратными жемчужными заколками, закидывает гитару за спину, на ходу проверяя, не забыла ли запасные струны, и выходит из квартиры, не оглядываясь. Дорога до залива проходит как-то мимо. Метро, люди, объявления в динамиках, короткие взгляды в чужие лица — все это будто существует отдельно, не задевая. Марина стоит у двери вагона, держась за поручень, и смотрит в отражение — смазанное, темное, с бликами света. На секунду ей снова кажется, что волосы в нем светлее. Не черные. Теплые.
Она моргает, отводит взгляд и усмехается себе под нос.
— Вылетаем в дурку по весне, получается, — тихо комментирует, больше для галочки, чем всерьез.
У залива ее встречает ветер. Он бьет в лицо, забирается под пальто, путается в волосах, сбивает дыхание. Марина только сильнее запахивает пальто и уверенно идет вперед по сырому песку к месту, которое стало уже родным — подальше от случайных прохожих, лавочек и шумных компаний.
Где только она, песок и вода.
Ноги сами несут ее к излюбленному месту. Уже на месте она скидывает с плеча гитару, ставит рядом чехол и на секунду просто останавливается. Смотрит вперед, прищурившись от солнца, давая ветру выбить из головы остатки дороги и чужих голосов. Здесь всегда легче дышится.
Она приседает, расстегивает чехол, достает гитару и проводит пальцами по струнам — холодно. Чуть морщится, выдыхает и выпрямляется, закидывая ремень на плечо. Первый аккорд звучит тихо, почти осторожно, но ветер не глушит его — подхватывает и уносит к воде. Марина на секунду прислушивается, а потом просто начинает петь.
Тот, кто погас, будет ярче светить
чем кометы, пролетающие над планетойГолос ложится ровно, без усилия. Солнце бьет в лицо, ветер треплет волосы, и в этом странном сочетании холода и тепла есть что-то особенное, заставляющее сердце замереть.
Из пустоты без твоей красоты
не родится юности вольная птицаПоследний аккорд первого куплета затихает не сразу — ветер уносит его дальше, чем обычно. Марина открывает глаза, выдыхает и опускает руку. И только тогда понимает, что ее слушали.
ДОПОЛНИТЕЛЬНО |
Что хотите сыграть и нужен ли Вам мастер?
Добавить Надзору работы — может быть, дропнуть на рынок партию "веселых" артефактов? Хочется движа и немного личной драмы и стекла
Частота отписи:
Пару раз в неделю
Связь с вами:
Нужен ли вам доступ в раздел NC-18
Да
Что делать администрации, если вы отсутствуете 14 дней и более без предупреждения?
Тыкнуть в тг, там я постоянно
