Сириус чувствовал, что его что-то беспокоит. Фоново, как назойливая муха, так и лезущая тебе под руку, но не дающая себя поймать. Чувствовал, что это беспокойство было усилено последние месяцы и сильно обострилось после того, как Джеймс побывал в плену. По началу, когда Поттер был спасен, Блэк испытал облегчение, но оно, как оказалось, длилось совсем недолго, заменившись на тревожные мысли. Парню казалось, что то, что случилось с его другом, может произойти и с кем-то другим, кого он любит и бережет. Что это может быть так внезапно, что готовым нужно быть всегда. А еще... Еще бы стоило обратить внимание на тех, кто рядом.
Ремус Люпин. Лунатик. Да, это один из лучших друзей Сириуса, с которым они прошли всю школу, еще и оставшись при этом в живых, но Хогвартс остался позади, а взрослая жизнь, как он уже понял, была полна неприятных сюрпризов. И то, что Ремус оборотень, что он не такой, как многие, по началу (и в изолированной среде) вызывало восхищение и азарт, принятие и верность в защите его тайны, сейчас вызывало тревогу. На свадьбу маглов, где была чета Поттеров, напали именно оборотни, жестоко растерзав очень много мужчин и женщин. Казалось, что это вызывало у них лишь одно удовольствие, хотя это было не полнолуние и даже не ночь. Но они убили и радовались этому. Могло ли быть такое, что у оборотней в целом есть тяга к убийствам? И значило ли это, что в обычной жизни Люпин тоже мечтал поразрывать пару глоток перед обедом?
К тому же Лунатик стал еще более нелюдимым, чем прежде. По крайней мере, так казалось в последнее время Блэку. Или это все разыгравшаяся на фоне похищения друга фантазия мешает ясно мыслить? Кто знает. Оставалось только одно. Узнать все напрямую у Люпина.
- И тебе, Рем, - Блэк поднимает голову к подсаживающемуся к его столику другу, едва заметно пододвигая стул и еду ближе к себе, чтобы уступить ему место на и без того довольно свободном столе. Проткнув кусочек жареной курочки вилкой, Сириус поднимает глаза на вопрос своего школьного товарища, меняется в лице, словно озаренный идеей, и отвечает ему.
***
Он видит маму. Красивую, величественную... Такую холодную и отстраненную. Она подходит к нему, плавно опускаясь перед ним на корточки, смотрит прямо в его глаза, а после выдает сильную пощечину, заставляя его открыть глаза и судорожно вздохнуть.
Но зрение приходит к нему медленно, не решаясь портить настроение еще сильнее, чем после сна с матушкой Блэк. Голова, как и зрение, была мутной, не желавшей пробуждаться, но затекшие в неестественной позе руки, холодный пол под ногами, все же заставляют парня проморгаться и, облизнув губы, приоткрыть их.
- Где... где я?
Рядом с ним кто-то был. Нужно было сфокусировать взгляд своих серых глаз, чтобы понять, кто это был. Но этого, в целом, не понадобилось, потому что он услышал голос. Голос Ремуса.
- Лунатик? Лунатик, это ты?
Пробудившись настолько, чтобы ощущать свое тело в пространстве, Блэк рванул руки, но ничего не вышло. Они были крепко связаны за его спиной, а сам он был лишь в одних трусах, которые, к сожалению, совершенно его не грели. Что происходит? Где они? Как они вообще здесь оказались? Он ведь только что был в...
- Я ничего не помню...