ВАЖНЫЕ БИОГРАФИЧЕСКИЕ ФАКТЫ
Первые слова, которые помнит Андрей: «А ну кыш, зараза пернатая!». В очень раннем детстве, если можно так сказать про время пребывания в зверином облике. Помнит довольно ухоженный, большой дом, запах сохнущих трав и едкую вонь зелий. А иногда и ужина - мать его готовить отродясь не умела. Зато чаровала мастерски, не подкопаться - и красиво, и чтоб все как надо складывалось. Андрей до сих пор помнит ее изящные заговоры, у него так никогда не получалось - но может потому, что он не ягиня.
Впрочем, в его бытность филином жизнь протекала спокойно. Мать его любила, по поручениям не изматывала, учила наукам даже пока он был птицей - готовила ребенка к скорому ритуалу. А его провели довольно рано, Андрею едва стукнуло восемь, когда мать уговорила бабку - ягу старую, высохшую, прям как в сказках описывают. Зырнула, цыкнула, проскрипела: «Пойдет». Сам ритуал Андрей не запомнил, да и незачем ему было в общем, но к новой ипостаси приспособился быстро - детская психика гибкая, и уже через пару недель он перестал падать с лестниц и пытаться прыгать на стол, забывая, что у него уже нет крыльев. А как только немного приспособился - мать увезла его в Москву, к отцу.
Отец - потомственный маг, ученый, в прошлом даже преподавал в Институте магии. Мужчина импозантный, крайне умный, уже в солидном возрасте за 60, когда у него появился сын. Но с матерью у них отношения были на зависть, и ребенка он принял с теплотой, сам учил, сам воспитывал, и даже сказки ему читал. Собственно, большую часть времени с обретения человеческой ипостаси, Андрей проводил именно с отцом - мать была той еще лягушкой-путешественницей, да и материалы они с бабкой сами собирали, сушили, обрабатывали и варили. Всякое варили, не только легальное, но отец сам в это не лез и сына приучил, что женщин в их семье нужно просто любить, а с остальным они и без них разберутся.
С Андреем в целом было очень мало проблем. Молчаливый, замкнутый, но внимательный и проявляющий большую заботу к близким, он был не склонен к проказам, шуткам и своеволию. Да и пространство лавки, которой владел отец, мальчика, а потом и юношу, и мужчину, завораживало - с этим неповторимым запахом кожаных переплетов, пыли и старой бумаги. Андрей часами мог листать разные книги, сидя на верхних стеллажах, отвлекаясь только на еду. Хотя способности к обучению у него совершенно обычные, он брал усидчивостью.
Подростком Андрей проявил интерес к алхимии. Он был довольно чувствительным к запахам, и даже некоторые травяные сборы мог разложить на компоненты, ориентируясь по запахам. Собственно с составления разных настоев и отваров он и начал, представляя себя почти парфюмером, когда складывал подходящие палитры травок: успокаивающие, возбуждающие, для разной нечисти, как оберег или даже средство защиты. Практиковал в основном работу с травами, а варкой зелий и возню с алхимическими машинами не слишком жаловал, предпочитая рассуждения на бумаге. Вот журналов с разными рецептами, которые он составлял как формулы, основываясь на теории и успехах предшественников, у Андрея скопилась масса, но едва ли даже десятую часть их тех зелий он пробовал сварить. И конечно, он понимал, что большая часть из этих зелий хороша только на бумаге - и из-за редких и недоступных ингредиентов, и из-за запрещенного эффекта, и из-за ошибок в формулах, от которых он, естественно, не был застрахован.
В юные годы у филина случались загулы, к которым отец относился с пониманием - парень, даже нечисть, горячая кровь. Андрей обычно хорошо чувствовал «своих», специально тренировался, а потому довольно легко находил компании, в которых баюну не надо было объяснять ни свои желтые глаза, ни творимые по пьяни волшебные фокусы - не такое уж редкое развлечение у магической молодежи. Хотя особо Андрей ни с кем не сдружился, приятельские отношения заводил легко, будучи хоть и не болтуном, но весьма внимательным собеседником, этакая идеальная жилетка.
Отца не стало, когда Андрею было уже двадцать пять. Взял свое возраст и состояние здоровья, даже внимание ягини не способно остановить бег времени. Лавка по наследству досталась сыну, который уже не первый год хозяйничал там вместе с отцом, и смежная квартира с прямым выходом в хранилище знаний тоже. Не то чтобы это было травмой для Андрея, но довольно долго филин тосковал, даже оставил некоторые отцовские вещи, оказалось, что парень довольно привязчивый. Ну а забота о лавке была лишним способом выказать уважение отцу, так что оберегать ее филин стал еще больше, даже подыскивал новые редкости в и без того обширную коллекцию.
По мере своей деятельности контактировал с представителями разных организаций, легальных и не очень, но по отношению ко всем придерживался по большей части нейтралитета - его магазин легальный, на хранение и продажу магических предметов разрешения есть, и лицензия на алхимию тоже, а уж кому там понадобится четвертое издание тома по ритуалистике, бойцу надзора, преподавателю института или ведьме из Черного берега, ему не важно (потому что вся запрещенка все равно хранится у бабки). ПРОБНЫЙ ПОСТ Филины летают почти бесшумно. Конечно, не так тихо, как некоторые другие виды сов, но все же тихо. Андрей любил летать - сколько бы лет ни прошло с обретения человеческого облика, он не забывал, кем является на самом деле. Поэтому вылетал на ночные прогулки он довольно регулярно, иногда просто без цели кружа над городом, иногда исследуя новые маршруты для сбора. А порой по делу, как сейчас.
Старенький дом стоял на отшибе от основного дачного поселка. Андрей бывал здесь редко, мать - почаще, но все же большую часть времени дом стоял пустым, и ожидаемо выглядел немного запущенным. Потемневшие бревенчатые стены, темные провалы окон, заросшая тропинка от калитки. Однако участок огорожен высоким, прочным забором, а на калитке висит тяжелый импортный замок со сложным механизмом - зубочисткой не взломаешь. Филин облетел дом по кругу, слегка задумчиво изучая, в порядке ли все обережные камни и отводные узелки, которые ставила мать - и не нашел брешей. Что ж, это ему весьма кстати. Он опустился ближе к земле, сложил крылья и ударился о землю - поднимаясь уже человеком. Перья осыпались мелкой пылью, которую тут же снес легкий ветерок.
Своеобразной дачей Андрей пользоваться редко. Для его обычной практики хватало лаборатории в квартире - отдельная комната, очерченная защитными знаками, экранированная амулетами и защищенная заговорами. Там можно было безопасно делать практически любые зелья и настои, а с выхлопами алхимических машин вполне справлялась бытовая вытяжка - только фильтры ставь, чтобы выгоревшие остатки реагентов улавливались. Здесь же был оборудован практически алхимический завод в миниатюре - не считая стандартного лабораторного оборудования и старомодного котла, имелись так же массивные химические реакторы, пара перегонных кубов, песочная баня, несколько конденсационных холодильников и даже с горн и тигли для получения жидких эссенций чего-то совсем уж специфического. Ну или для работы с металлом, отец иногда промышлял поделками из неблагородной стали. Ну и заговорена загородная лаборатория была куда лучше его домашней, прикрыта мощным отводным колпаком, чтобы возможные громкие химические реакции не тревожили соседей, оберегами от воров и шпионов и банальной человеческой системой пожаротушения - на всякий случай.
Зайдя на территорию, Андрей щелкнул пальцами в определенном ритме - активировал спящие чары. Подумал, но в жилую пристройку решил не заглядывать - было особо незачем, он прибыл сюда с определенной целью. Направился прямиком в лабораторию, внимательно глядя под ноги - та стояло точно по центру ведьминого круга, кольца из говорушек и мухоморов, и своенравные говорушки иногда так и норовили попасть под ногу. Не страшно, конечно, подавить пару-тройку, круга это не нарушит, но Андрей не любил случайности, которые могли сказаться на будущем эксперименте. А потоптаный круг мог начать накапливать магические силы не так предсказуемо, как ему было нужно.
Коснулся резной двери, в нескольких местах - заговоренная, она должна была открыться, почуяв родственную ягине-владелице кровь. Мать зачаровывала место на славу, и пусть сейчас чаще работала с бабкой, а не у себя, на личное гнездышко сил она не пожалела. Вспыхнули обережные знаки, дверь с тихим скрипом отворилась, пуская филина в чистые, без грана пыли и затхлости, сени. Здесь ему предстояло переодеться в рабочее, свободную рубаху и льняные штаны, вышитые защитной нитью, и подготовиться.
Рабочий журнал он оставил на низком табурете, пока неспешно менял одежду и заплетал волосы в косу. Ненадолго замер, задев косички на правой стороне головы - обрезанные ножом пряди уже солидно отросли, но привычка заплетать их, чтобы не торчали и не мешались, пока осталась. Постоял немного в темноте, прикрыв глаза, настраиваясь на местный магический фон - более концентрированный и капризный, но лучше подходящий для экспериментов. И решительно подхватив тетрадь в кожаном переплете, вошел в лабораторию.
Здесь тоже было темно. Гладкий деревянный пол, простые стены, маленькие окна с глухими ставнями - ни воздух ни колыхнется, ни лучика солнца не проникнет. И убедившись, что изоляция нигде не пострадала, и мышами ничего проедено не было, филин удовлетворенно кивнул и щелкнул выключателем, зажигая обыкновенный комфортный свет диодной лампы. Ну не при лучине же работать, а ингредиенты порой такие, что ни сквозняка не выдержат, ни тем более солнечного света.
Встряхнулся, проверил запас бодрящих настоев в узком шкафу слева от двери. Можно считать, подготовился - ведь впереди десятки часов экспериментов по засевшей в голове навязчивой идее. А вдумчивая вычитка сложных алхимических формул требовала определенного уровня концентрации внимания. А сделать Андрей пытался, ни много ни мало, жидкий огонь. Оставила-таки след та встреча с оборотнями, засела занозой и словами: «А что, если...». Хотя и раньше он частенько накидывал рецепты условно «боевых» зелий, просто как-то идеи не находили должного отклика и оставались теорикрафтом. А тут как-то сложилось - обстоятельства, идея и зудящее желание что-то сделать… может, даже не для себя.
Пожалуй, последняя мысль и была той, которая погнала его в лабораторию заниматься довольно непростыми экспериментами с разрыв-травой, брать которую рекомендовалось только в специальных перчатках из крапивы и иван-да-марьи, чтобы ненароком не спровоцировать реакцию. Повезло, что именно с ней Андрей имел очень большой опыт обращения - мать часто делала вытяжку или амулеты-отмычки из нее, популярный товар и легально, и не очень, а Андрей в свое время почерпнул у нее множество знаний. И сейчас он выпаривал настой из травы, чтобы использовать его как загуститель в будущем зелье.
Плавить ржавь было муторнее и дольше. Окислённые сложным раствором куски болотного железа, с которых можно было добыть особенно сильный ресурс, необходимый для задуманного, следовало долго калить при определенной температуре, сливать расплав и собирать мелкие крупицы, стараясь их не раздавить. Они - основа будущей зелье-бомбы, как раз и будут основным источником огня. В принципе, работа скорее кропотливая, чем сложная, а Андрей на редкость легко концентрируется, и спустя несколько часов он имел приличную горку оранжевых кристаллов.
Утерев пот, он ненадолго прервался. Дальше начиналось самое непредсказуемое. Основу Андрей подготовил, ключевой ингредиент тоже - теперь осталось комбинировать с катализаторами и веществами. Здесь уже было непаханное поле вариаций, даже в журнале Андрей прикинул не меньше пятнадцати вариантов. Благо, в подвале под лабораторией было довольно объемное хранилище, которое они с матерью совместно пополняли. Так что нашлись ртуть, вытяжка иван-да-марьи, несколько видов соли, сушеные огнецвет, горицвет, уголь, фосфор и сера… Собирая тестовые варианты по крупицам, буквально микрограммами, Андрей смешивал их в основе из разрыв-травы. Упаковывал временно в пипетки, вешая подробные бирки с пропорциями. И переходил к тестам - капал состав в специальный гранитный ящик, созданный как раз для практической проверки.
К его удивлению, уже третий образец дал положительный результат - дал заметную вспышку с тошнотворным серным запахом. Но пока больше дыма, чем огня, да и не струился он как нужно. Но подбирать пропорции было для Андрея отдельным кайфом. Хотя здесь уже и начиналось самое привиредливое - один из вариантов полыхнул как огонь газовой горелки, хорошо хоть довольно невысоко и Андрея никак не задело. Какие-то пропорции вообще не дали результата, или повторили первый. Только спустя восемь попыток наконец увидел как разгорелась жидким огнем капля - но слишком быстро погасла. Пришлось спускаться за дополнительными ингредиентами: семенами рододендрона и порошком чаги.
Так как нужный вектор уже был найден, почти все варианты с рододендроном давали нужную реакцию, но все недостаточно сильно. Точнее один полыхнул на славу, как надо, огненной дорожкой расчертив ящик - но оказался слишком слабым, даже бумагу с трудом подпалил. Андрей перепробовал еще шесть или семь вариантов, но все недостаточно мощные, или вообще не загорались.
А вот с порошком чаги дела пошли веселее. Уже первый показал улучшение, но вот со вторым случилась проблема - состав полыхнул прямо в пипетке, реакция получилась слишком уж чуткой. Андрей едва успел сбросить ее в тестовый ящик. Записал пропорции, но любое изменение ухудшало катализацию значительно. Капризный состав, даже микрограмм не того вещества - и оно то не разгоралось, то не текло. Но Андрей достаточно упрям и подобрал-таки пропорцию. Было что еще доработать, но даже так зелье чарующе светилось внутри пипетки оранжевыми сполохами, но уже не пыталось полыхнуть от простого встряхивания - только при контакте с воздухом. То, что нужно.
Кажется, не зря филина понесло в лабораторию. Словно само провидение руку направляло - управился меньше чем за пять часов, и получил вполне рабочий состав - жидкость, которая воспламенялась жарким пламенем, вступая в контакт с воздухом и реагировала с иной магией - воздушный вихрь раздул из капли миниатюрный огненный смерч. Неплохое получилось средство, хоть и недешевое в изготовлении, и требующее очень точного соблюдения пропорций. Можно будет доработать попозже…
Смешал три склянки для теста. Немного подумав, добавил в каждый по капле своей крови - так эффект должен был стать ещё сильнее. Прочные флаконы из зачарованого стекла, чтоб не нагревались и случайно не разбились. С руной-отменой, чтобы активировать ее перед броском и флакон все же разбился. Такая себе магическая граната. Даже интересно, что скажет предполагаемый тестировщик. И надо хорошо упаковать - у филина где-то была подарочная бумага с совами…
ДОПОЛНИТЕЛЬНО
Частота отписи: часто
Связь с вами: у администрации
Нужен ли вам доступ в раздел NC18 Да
Что делать администрации с вашим персонажем, если вы отсутствуете 14 дней и более без предупреждения? На усмотрение администрации |
